эволюционная трансформация человека

Главная » Файлы » Агенда Матери » Том 7

Том 7. 14 мая 1966
28.03.2023, 14:40

У меня непонятные глаза... Они стали странными.

Вот этот глаз (левый) видит необычайно ясно - необычайно ясно, - даже яснее, чем раньше, но здесь, в уголке, в самом уголке, как будто небольшой туман, маленький-маленький, как кончик иглы, нет, как булавочная головка. И я не могу им читать. А этим (правым) я могу читать, там ничего нет, но он затемнён: у него нет и половины ясности того. Но левый фантастически ясный! Ладно. Я привыкла читать с лупой (правым глазом), и это так стало; но когда я в лупу смотрю фотографию, у неё появляется три измерения (жест как будто фотография расширяется), то есть я вижу человека не в цвете, но живым, картинка живая. У неё три измерения, и она шевелится. Я смотрю фотографию через лупу: я вижу человека, который шевелится!

Левым глазом, о, необыкновенная чёткость, но я не могу читать, потому что... (всё-таки, я смогу читать, это мысль, это просто ощущение) здесь, в уголке, есть как будто маленькое-маленькое облачко. Ничего нет (смеясь), у меня нет катаракты! Когда-то в этом уголке оно было достаточно обширным, я его показала (давно, два года назад), я его показала доктору, который мне сказал, что это находится внутри - это не на поверхности глаза, это внутри. Он мне сказал: «Это не уйдёт». Я ему ответила: «Ах, это не уйдёт!». В течение шести месяцев это ушло, полностью ушло. Оно немножко вернулось - оно вернулось, но это пройдёт!

Но это странные вещи, как будто кто-то развлекается, проводя опыты с моими глазами.

Я вижу странным образом - странным.

И лупа становится бесполезной.

 

(тишина)

 

Но всё-всё становится странным. Как если бы было две, три, четыре реальности (жест наложения) или видимости, я не знаю (но это, скорее, реальности), одна за другой, или одна в другой, вот так. И в течение нескольких минут всё меняется (жест, как если бы одна реальность стала расширяться и заняла место другой), как если бы мир был внутри и вдруг вышел наружу. Когда я спокойна, есть небольшое... не движение, я не знаю, что это, это, скорее, похоже на пульсации, и в зависимости от этого происходят разные опыты. Например, когда не происходит ничего необычного, привычные вещи требуют обычного времени, и есть точное чувство времени, которое они занимают. Тогда мне даётся следующий опыт, одно и то же дело, одинаково выполненное, которое один раз происходит в своё обычное время, а в другой раз я нахожусь в другом состоянии, то есть кажется, что сознание переместилось в другое место, и всё происходит как будто за одну секунду! - ровно то же самое: привычные жесты, вещи, которые мы делаем каждый день, совершенно обычные повседневные вещи. А потом, в другой раз (и это не то, что я бы искала, я этого совершенно не ищу: я ПОМЕЩАЮСЬ в это состояние), в другой раз я помещаюсь в другое состояние (для меня нет большой разницы, это как небольшие различия в концентрации), когда то же самое, о, занимает много-много времени, оно никак не может закончиться! Например, даже сложить салфетку (это делаю не я), кто-то складывает салфетку или кто-то убирает на место бутылку, совершенно материальные и абсолютно простые вещи, без какого-либо психологического значения: мы складываем салфетку, которая лежит на полу (я привожу этот пример), есть нормальное время, которое я внутренне воспринимаю; это нормальное время, когда всё нормально, то есть обычно. Затем я нахожусь в некоей концентрации и... даже нет времени это заметить, как всё сделано! Я оказываюсь в другом состоянии концентрации с абсолютно минимальными различиями, и это никак не может закончиться! Такое ощущение, что на это уходит полчаса.

Если бы это случилось один раз, я бы сказала ладно, но это происходит настойчиво, регулярно, как если бы вас хотели чему-то научить. Своеобразная настойчивость и регулярное повторение, как если бы меня хотели чему-то научить.

Ещё я часть ночи провожу в некоем состоянии сознания (обычно, чаще всего, почти каждый день с Шри Ауробиндо). Но это не просто так, это не случайно и не по привычке, это не так - это обучение, и вещи представлены тем или иным образом как будто для того, чтобы я что-то поняла. Но (смеясь) я чрезвычайно глупая! Так как ум не работает, я ничего не  понимаю - я констатирую. Я констатирую, я констатирую, я констатирую, но я не делаю выводов, тогда мне показывают ещё раз. И это следует, да следует некоторой траектории опыта. Я бы могла сказать, что это повторяющаяся демонстрация для кого-то такого глупого, как я, чтобы показать мне, в чём разница сознания между пребыванием в этом теле и отсутствием тела.

Мне кажется, что это так.

Но настойчиво и со всеми подробностями: ты знаешь, как приходится чему-то учить животное или совсем маленького ребёнка (!), при помощи повторения.

Например, в прошлый раз, позавчера (ночью не со вчера на сегодня, но с позавчера на вчера), я была с Шри Ауробиндо, и Шри Ауробиндо принял облик как на фотографии, когда он был молодым, с длинными волосами: эта фотография, на которой у него светлый цвет лица, очень тёмные волосы и где он изображен анфас. Он был таким - он БЫЛ таким, это не образ: он БЫЛ таким. И мы смотрели некоторые вещи, обсуждали (мы много не разговариваем, но всё же), мы что-то смотрели, потом, вдруг, я увидела его страдающее лицо, вот такое (жест, как будто лицо сжалось). Обычно у него всегда спокойное и очень улыбчивое лицо, очень спокойное, но оно вдруг стало очень страдающим, потом он откинулся назад на сидение, на котором сидел. Тогда я на него посмотрела, и он мне сказал: «Oh how they are distorting things. Look at this fellow, how they are distorting things» (О, как они всё искажают. Посмотрите на этого человека, как они всё искажают). Потом я почти сразу проснулась и встала. И я сказала себе (смеясь): «Я думала, что в этом состоянии не страдают!». Потом я ещё узнала, что А., который был здесь и уехал туда (в Бенгалию), чтобы заниматься политикой, говорит от имени Шри Ауробиндо, малыш! И он заявляет о своей политике. Это было именно то, что я видела. Дело было не в том, что Шри Ауробиндо был расстроен: выражение его лица отображало то, что делали другие! (1) (Мать смеётся)... Как это объяснить? Это очень странно, не так ли. Это был образ того, что люди делали с его учением, это не было выражением его собственных чувств. То, что происходит здесь, не так ли, то, что мы описываем, настолько грубо, без тонкости, неотёсанно, как плохо вырезанная статуя: это жёстко, это грубо, это преувеличено, и из-за эго это деформировано чувством разделения. Но тут, я не знаю, как объяснить, тут всё едино, это одна и та же вещь, которая принимает самые разные формы, вот так (Мать обхватывает одну руку другой и поворачивает их, одна внутри другой), чтобы что-то выразить, но не при помощи одного центра, который чувствует, и другого, который видит, и ещё одного, который понимает, это не так, это... (тот же жест) это всё ОДНА невыразимо гибкая субстанция, которая адаптируется ко всем движениям всего, что происходит, которая выражает всё, что происходит, без разделения. Это держит вас в состоянии, которое утром длится часами, в котором я нахожусь в этом мире (здесь), однако, меня там нет. Потому что... я не чувствую так, как чувствует весь мир. Это очень странно.

Вчера я всё утро находилась в очень странном состоянии, как будто это состояние хотело, чтобы я помнила, чтобы ко мне пришло воспоминание, и оно прошло, только когда я сказала (я «сказала», не знаю, я никому не говорила, но я сказала), что я сегодня тебе это расскажу. Тогда мне вернули контакт с обычной жизнью.

И как будто есть влияние наставника, кого-то, кто знает, или сознания, которое знает и которое даёт мне уроки; но я никого не вижу, никого не чувствую, но это так. Это очень-очень странно.

А! Давай перейдём к  «Савитри»

Ты хочешь мне что-то сказать? (Смеясь) Кажется, я ввела тебя в ступор!

 

Нет, ты говоришь, что не делаешь выводов, а я пытаюсь сделать выводы.

 

О, выводы! Я не знаю.

 

В конечном счёте, это сознание Вечности учится входить во Время? В Материю.

 

Да, это идея, это может быть так!

Однажды мы точно узнаем, мы поймём.

 

*

*   *

 

(Мать читает десяток строк, в которых Смерть высмеивает все человеческие верования, представления, философии, человеческие изобретения)

 

And sciences omnipotent in vain

By which men learn of what the suns are made,

Transform all forms to serve their outward needs,

Ride through the sky and sail beneath the sea,

But learn not what they are or why they came.... (2)

(X.IV.644)

 

Это очаровательно, мне нравится

 

Ride through the sky and sail beneath the sea,

But learn not what they are or why they came

 

Это монумент пессимизму.

Но это правда, несчастье в том, что это правда! Только чего-то не хватает: того, что она скажет. Или она ничего не говорит?

 

Она, конечно, ответит.

 

Но рот ему она не заткнёт... Это трудно.

 

Потому что это «Он»! (3)

 

На днях у меня был необыкновенный опыт, когда со всех сторон шли все пессимистические аргументы, все отрицания, все опровержения, представляемые всеми людьми. И те, кто верил в присутствие Бога или чего-то ещё - чего-то, что было сильнее, чем они, и управляло миром, - они были в гневе, ужасно бунтовали: «Но я не хочу! Но он портит всю нашу жизнь, но...». Это был ужасный бунт, со всех сторон, куча оскорблений Божественного с такой силой асурической реакции со всех сторон. И я там была (как если бы Мать сидела посреди этой схватки), я смотрела: «Что делать?..». Невозможно было ответить, не так ли, это было невозможно, не было аргументов, не было идей, не было теории, не было веры, ничего-ничего-ничего, что могло бы ему ответить. В течение одной секунды ощущение было: ничего не поделаешь. А потом, вдруг... вдруг... Это неописуемо (жест абсолютной сдачи). Была эта жестокость бунта против вещей таких, какие они есть, и к этому примешивалось: «Пусть этот мир исчезнет, пусть ничего не будет, пусть он перестанет существовать!». Всё это, в сущности, и есть бунт; весь этот нигилистический бунт: пусть ничего не будет, пусть ничто не существует. И это достигло максимума напряжения, а потом на самом максимуме, когда казалось, что решения нет, вдруг... surrender (сдача). Но это было нечто гораздо более сильное, чем surrender - это не было отречение, это не было самопожертвование, это не было принятие, это... это было что-то гораздо более радикальное и одновременно гораздо более мягкое. Я не могу сказать, что это было. Там была радость и аромат жертвования, но с таким чувством полноты!.. Как вспышка, не так ли, вдруг вот так: сама суть surrender, Истинная Вещь.

Это было... это было так мощно и так чудесно, такая возвышенная радость, что тело на секунду начало дрожать. А потом всё ушло.

И после этого, после этого переживания, всего этого, после всего этого бунта, всего отрицания, как будто всё было сметено.

Если бы этот опыт можно было сохранить, постоянно его хранить, - он здесь, он всё время здесь, он здесь, не так ли, но чтобы его почувствовать я должна остановиться - я не должна говорить, я не должна двигаться, я не должна ничего делать, - чтобы почувствовать его во всей полноте. Но если бы это было здесь АКТИВНЫМ... это было бы Всемогущество. Мгновенно  станешь «Этим».

Недавно, было два дня (с тех пор, как я тебя видела прошлый раз), два дня... особенно четверг, когда был павлин... (4). Павлин весь день пел победную песню (я его видела вечером, он пришёл ко мне на террасу, он был такой милый!)... Два очень-очень трудных дня. После этого появилось какое-то устойчивое чувство, что нет ничего невозможного - нет ничего невозможного (Мать указывает на Материю). То, что мысль уже давно знает, сердце давно знает, всё внутреннее существо давно знает, теперь знает и тело: нет ничего-ничего невозможного, всё возможно. Здесь внутри, внутри, в этом (Мать стучит по своему телу), возможно всё.

Исчезли все невозможности, созданные материальной жизнью.

Нужно иметь силу - силу носить это всё время в себе.

 

(1) - мы помним это видение Матери, когда она видела Шри Ауробиндо с грыжевыми повязками (!), это были купюры, которые издатели Ашрама делали в его работах.

(2) - На множество наук, что понапрасну всемогущи,

Благодаря которым люди изучают, из чего возникли солнца,

Преобразуют формы, чтоб они служили внешним нуждам,

Летают по небу, и плавают в глубинах океанов,

Но до сих пор не понимают -  кто они, зачем они пришли;

(перевод с английского: Леонид Ованесбеков)

(3) - ученик хочет сказать, что Смерть это «Его» маска, маска Всевышнего.

(4) - павлин одного ученика сбежал и весь день провёл на дереве над Самадхи и на террасах Ашрама.

 

Аудиозапись

 

При копировании ссылка обязательна http://supersoznanie.com

Категория: Том 7 | Добавил: Irik
Просмотров: 113 | Загрузок: 0
Всего комментариев: 0