(Мать нас встречает в своём новом низком кресле из розового дерева, которое останется до конца. Она больше не встаёт, чтобы подобрать для нас цветы)

Подойди сюда, я глухая как никогда! Как дела?

Долго тебя не видели!

Это было интересно, малыш! Я сохранила все эти записки, мы их посмотрим. Это не закончилось. Это не закончилось, и я не знаю, когда закончится. Но наконец-то, я опять смогу встречаться с тобой по утрам.

Прежде всего, ты должен быть голоден!

Нет, вовсе нет!

(Мать даёт ученику супы)

У тебя есть новости?

Нет, милая Мать. Я кое-что видел перед 15 августа, ночью, приблизительно 11 августа: я видел огромную, фантастическую волну белой пены, она была выше дома, фантастическая; и толкаемый этой волной огромный чёрный корабль, который, казалось, катился на скалы, но не разбился. Его толкала эта волна. И ещё другой, более маленький, он мне казался светло-серым, он шёл ещё быстрее. И эта фантастическая волна белой пены.

Там много всего находится в движении... Ты знаешь, какие события в Чехословакии. (1)

Всё находится в движении

Чёрный корабль?

Да, огромный корабль. Странно, было ощущение, что его несёт на скалы (тоже чёрные), но он не был раздавлен.

Я уверена, что движение началось... Сколько времени потребуется, чтобы прийти к конкретной, видимой, организованной реализации? Я не знаю.

Что-то началось... кажется, это должно быть пришествие нового вида, нового творения, во всяком случае, новое творение.

Земная реорганизация и новое творение.

Для меня вещи стали очень острыми... Мне было невозможно сказать хоть слово, одно слово: как только я говорила, я начинала кашлять-кашлять-кашлять. Тогда я увидела, что было решено, что я не должна говорить. Я осталась такой и позволила этой траектории развиваться. Тогда я поняла. Мы не в конце, но... (как сказать?) мы с другой стороны.

Был момент, когда вещи были такими острыми... Обычно я не теряю терпения, но это дошло до того, когда всё-всё-всё как будто было в существе устранено. Я не только не могла говорить, но голова была в таком состоянии, в каком она никогда раньше не была: болезненная, не так ли. Я больше ничего не видела, ничего не слышала. Тогда, однажды (потом я тебе расскажу переживания), но однажды, когда всё действительно было... всё было тяжёлым, болезненным, тело сказало, оно действительно сказало очень спонтанно и очень громко: «Мне совершенно всё равно, исчезну ли я, я полностью готово жить, но для состояния, в котором я нахожусь, это невозможно, так не может продолжаться, - или жить, или умереть, но не так». С этого момента стало немного лучше. И постепенно-постепенно всё встало на свои места, упорядочилось.

Я сделала записи, которые не имеют большого значения, но, думаю, они могут пригодиться (Мать ищет записки на столе рядом с собой). Я пока ещё не вижу. Я не вижу, но я знаю.

У меня здесь две вещи. Одна немного саркастическая и короткая, которая может быть использована в «По поводу» в следующем Бюллетене. И у меня есть ещё другие, которые, если ты их немного организуешь, сможешь, я думаю, использовать для «Записок на Пути».

Та, что «По поводу», очень короткая (ученик читает):

«Доктор рекомендует не утомляться. Что утомляет? - только то, что бесполезно.

Встречаться с искренними людьми, кому это приносит пользу, это не утомительно.

Но те, кто приходит судить теории и практики, те, кто интеллектуально считает себя намного выше и способными различать истину и ложь, кто считает, что может решить, является ли учение истинным и соответствует ли практика Высшей Реальности, вот они утомляют, и встречаться с ними, по меньшей мере, бесполезно...».

Ах, да! Я понимаю! Я очень хорошо это понимаю!

(Мать смеётся) Я подумала, что это может быть маленькая забавная заметка.

О! Ты знаешь, я видел кучу таких людей!..

«... Пусть высшие умы идут своим путём, который будет длиться тысячи лет, и пусть они позволят простым людям доброй воли, тем, кто верит в Божественную Милость, спокойно идти своей тропой света».

Здесь у меня много записей, я не знаю, что это...

(Мать даёт ученику бумаги)

Первая записка от 22 августа:

«В течение многих часов пейзажи были чудесные, совершенно гармоничные.

Также, в течение длительного времени было видение огромных храмов внутри, живых божеств. Каждая вещь имела причину, ясную цель, чтобы выражать не ментализированные состояния сознания.

Постоянные видения.

Пейзажи.

Строения.

Города.

Всё огромное и очень разнообразное, занимающее всё зрительное поле и выражающее состояния сознания тела.

Много, много строений, строящихся огромных городов...»

Да, строящийся мир, будущий мир, который строится. Я больше не слышала, не видела, не говорила: я там жила всё время, всё время, всё время, день и ночь. Как только я смогла писать, я это записала.

«... Самые разные стили строительства, особенно новые, невыразимые.

Это не картины, которые я видела, но места, где я находилась».

Да, это так. Я объясню тебе, что произошло. Здесь есть другая запись, это начало:

«Витал и ментал отправлены гулять, чтобы физическое действительно осталось со своими собственными возможностями».

Одно! Совсем одно. Тогда я увидела меру, в которой витал и ментал делают так, что мы видим, слышим и можем говорить. Это было... Я видела, в том смысле, что я могла двигаться, но совсем не чётко. Не чётко. Я слышала ещё хуже, чем раньше, то есть очень слабо - слабо, - иногда так же, как раньше, иногда очень слабый далёкий звук, который другие не слышали, я его слышала; а когда они разговаривали со мной, я не слышала: «Что вы говорите?». Я не знаю. И это продолжается день и ночь.

Однажды ночью (это чтобы сказать тебе, что всё перевернулось), но однажды ночью мне было плохо; что-то случилось, у меня была достаточно сильная боль, невозможно было заснуть; я была сосредоточена и, как мне показалось, ночь прошла за несколько минут. В другой раз, в другой день, в другие моменты я была сосредоточена и время от времени спрашивала который час. Однажды мне показалось, что я так оставалась многие часы, и я спросила: «Который час?» - прошло пять минут... Всё, я не могу сказать перевернулось, но было совершенно другого порядка, совершенно другого.

А 23-го был день рождения А. Я сказала себе: бедняга, он здесь, я должна его увидеть. Я его позвала, он сел. И вдруг вот так сразу голова начала работать - не «голова», не «мышление» (Мать рисует некие потоки или волны, которые проходят через неё), я не знаю, как это объяснить; это не мысль, это некие видения, восприятия. Тогда я ему задала вопросы, и он их записал (Мать даёт ученику машинописную записку). Он записал только мои вопросы, но не ответы.

Мать сказала... днём 23 августа 1968 «Знаем ли мы, как образовалась Материя?..»

Это физическое задавало вопросы. Я не знаю, вероятно, из-за контакта с атмосферой А. (учёным) это тело хотело знать, как всё это сформировалось. А. был там, я знала, что он может ответить; тогда я ему задала вопросы.

«Знаем ли мы, как образовалась Материя?

Сказать, что это концентрированная энергия, значит просто отодвинуть проблему.

Настоящий вопрос такой: как Всевышний проявляет себя в Материи?..»

Бедный А. был немного удивлён. Эти темы считаются такими важными, не так ли, такими широкими, такими благородными, такими... а я говорю о них совершенно по-детски, совершенно простыми словами (Мать смеётся), возникло несоответствие... которое было трудным для него! Он сказал: «Я сделал всё, что мог» (!)

«... Знаем ли мы, когда возникла Земля? Когда мы говорим о миллионах или миллиардах лет, что это значит?..»

Понимаешь, у нас не было часов!.. Тело с детской простотой сказало: вы говорите миллиарды лет, но чем вы это измерили!

«... Уверены ли мы, что то, что мы называем годом, всегда было одним и тем же?.. У меня тогда было осознание не реальности нашей обычной концепции времени. Иногда минута казалась бесконечной, в другой раз часы и даже день незаметно пролетали.

Сказано ли, что было начало?

(Здесь А. объясняет Матери теорию, в соответствии с которой Вселенная проходит последовательные периоды расширения и сжатия, - кажется, эта теория Матери понравилась)

Да, это «пралайя» (2).

«... Эти вопросы теперь задаёт тело. Ментал давно ушёл. Но тело, клетки тела хотели бы иметь контакт с истинным существом, не проходя, так сказать, ни через витальное, ни даже через ментальное. Это то, что происходит.

В этот период два или три раза у меня было Знание...»

А! Два или три раза у меня были такие моменты, совершенно чудесные и уникальные моменты - невыразимые. Это невыразимо.

«... Но как только у нас появляется осознание такого опыта...»

У нас есть опыт, затем мы осознаём, что он есть; с той минуты, как мы осознаём, что он есть, он затуманивается. Есть что-то, что затуманивается.

Да, это всё феномен объективации ума, который, в сущности, исчезнет в следующем виде.

Да, кажется, это так.

(продолжение записи А.)

«... Как только мы осознаём такой опыт, как только он сохраняется в памяти, он уже полностью искажается.

По сути, это то, что происходит с учёными. Когда у них есть небольшой кусочек знания, они должны его облечь, переодеть, чтобы сделать его доступным для человеческого сознания, понятным для ума».

(тишина)

«Известно ли когда появился человек?

Для появления сверхчеловека потребуется меньше времени, чем для развития человека, но это не прямо сейчас...»

В тот день, 23-го, я ещё была... я ещё была в тумане, малыш! Тогда я сказала себе: чтобы выйти из этого тумана и стать активным существом, не так ли, которое существует и действует, потребуется много времени. Это то, что я ему сказала.

Но в заключении ты также говоришь:

«Мы сделаем всё, что сможем».

Да, я ему это сказала, чтобы успокоить!

А ночью вот, что произошло (Мать даёт ученику другую записку, написанную ею самой):

Ночь с 26-го на 27-е

«Мощное и продолжительное проникновение супраментальных сил в тело, везде одновременно...»

Проникновение в тело. Да, проникновения потока у меня были много раз, но той ночью (то есть позавчерашней ночью), вдруг это пришло, как если бы была только супраментальная атмосфера. Была только она. И моё тело было внутри. И это ДАВИЛО, чтобы войти отовсюду-отовсюду-отовсюду одновременно  - отовсюду. Это не был поток, который входил, не так ли, - это была атмосфера, которая входила отовсюду. Это продолжалось как минимум четыре или пять часов. И была только часть, в которую это ЕДВА проникло, это отсюда и досюда (между горлом и макушкой головы), там это казалось серым и тусклым, как если бы меньше проникало... У меня зубы в ужасном состоянии и голова в ужасном состоянии, - говорю тебе: я больше не вижу, я больше не слышу, я... Всё это (от головы до горла) требует большой трансформации. Но, кроме того, во всё-всё остальное это входило, это входило, это входило... Никогда, никогда я такого не видела, никогда! Это длилось часами - часами. Абсолютно сознательно.

Так вот, в тот момент, когда это пришло и было здесь, я была сознательная: «А, вот зачем, вот зачем! Вот что, вот что Ты хочешь от меня, Господи! Вот зачем, вот зачем, вот что Ты хочешь». В тот момент у меня было ощущение, что ЧТО-ТО должно произойти.

Я надеялась на повтор этой ночью, но ничего не было.

Это было впервые. Часами. Было только Это. А это (тело), оно было как губка, которая впитывает.

Только голова, она ещё серая, мутная - серая и мутная. Все зубы повреждены, словом, они ещё в состоянии... Но всё же, было очень ясное видение всего, что произошло с этим телом в течение нескольких месяцев и... почти надежда. Почти надежда, это как если бы мне сказали, что возможно здесь что-то произойдёт. Вот.

И это было в ответ на то, что сказало тело (может быть, два или три дня до этого), то, о чём я тебе говорила в начале: что оно полностью готово исчезнуть (это абсолютная сдача) и полностью готово продолжать жить в любых условиях, но не в этом состоянии. Не в состоянии распада. И в течение двух дней не было ответа, а потом пришло это Проникновение. Это значит, что на следующий день мне стало немного лучше, я смогла начать... Я даже не могла стоять! У меня не было чувства равновесия, меня нужно было держать. Я потеряла чувство равновесия, я не могла сделать и шагу. Тут я стала протестовать. И на следующий день началось улучшение.

А потом пришло 23-е, я увидела А. и заметила, что когда он был здесь, ТЕЛО было полностью пробуждено, - это не были ментал и витал, не так ли, они ушли!.. Я не знаю, можешь ли ты понять, что это значит!

Да, это фантастика.

Тело без ментала и витала. И оно было в этом состоянии. Было только такое восприятие (города, строения, храмы), оно жило в состояниях души: были состояния души других, состояния души земли, состояния души... Состояния души, которые выражались в образах. Это было интересно. Я не могу сказать, что это было не интересно, это было интересно, не было контакта с материальной жизнью, очень мало: я едва могла кушать, я не могла ходить... В конце концов, это стало чем-то, чем должны были заниматься другие.

А при контакте с А. тело начало всем этим интересоваться, абсолютно спонтанно задавать вопросы, оно не знало почему. Оно спрашивало-спрашивало: «Надо же, вот как это сделано....». Тогда оно начало развлекаться.

Это займёт немного времени.

Когда позавчера пришло это Проникновение, я подумала: «А!.. Я надеялась, что траектория ускорится, и мы быстро выберемся, но этой ночью ничего не было. Что заставляет меня сказать, что ещё потребуется время.

Но это интересно, твоя запись с 26-го на 27-е добавляет следующее:

«Как если бы всё тело плавало в силах, которые с лёгким трением проникали в него одновременно везде...»

И ты говоришь:

«Голова до шеи была наименее восприимчивой областью».

Не странно ли, что она наименее восприимчивая?

Нет, это наиболее ментализированная область. Ментал является препятствием.

Это интересно, каждый раз, когда у тебя эти великие моменты, или великие удары, если можно так сказать, каждый раз устраняются ментал и витал. Первый раз, в 1962, тоже.

Да, каждый раз.

Я знаю, это вот так: ментал и витал были инструментами для... разминания Материи, разминать-разминать-разминать всеми способами: витал через чувства, ментал через мысли - разминать-разминать. Но мне кажется, что это временные инструменты, которые будут заменены другими состояниями сознания.

Понимаешь, это фаза всеобщего развития, и они... они отпадут как инструменты, которые больше не нужны.

И у меня был конкретный опыт того, что есть эта материя, разминаемая виталом и менталом, но БЕЗ витала и БЕЗ ментла... это другое.

Но это «восприятие состояний души», были вещи... чудесные! Никакая, НИКАКАЯ ментальная концепция не может быть такой чудесной - никакая. Я пережила моменты... Всё, что мы можем почувствовать, по-человечески увидеть, - НИЧТО в сравнении с этим. Были моменты... абсолютно чудесные моменты. Но без мышления, без мышления.

Можно поставить маленькое «По поводу»... (где мне плевать на людей!), а потом со всем этим ты можешь подготовить «Заметки».

Есть ещё много записок, которые я тебе не прочитал. Ты говоришь:

« В большинстве случаев для человека сознание начинается с ощущения. Для тела все ощущения были как будто уменьшены, или, скорее, притуплены: зрение и слух как будто за вуалью. Но было чрезвычайно ясное восприятие степени гармонии или дисгармонии. Образное выражение не мыслилось ни даже не чувствовалось».

Говорю тебе, я видела... Это не значит «видеть» как картину: это значит БЫТЬ ВНУТРИ, быть в определённом месте. Я никогда не видела или не чувствовала ничего настолько прекрасного! И это не чувствовалось, это... Я не знаю, как это объяснить. Были абсолютно чудесные моменты, чудесные, уникальные. И это не думалось, я даже не могла описать, - как описать? Можно начинать описывать только когда начинаешь думать.

Есть ещё записка:

«Состояние сознания тела и качество его деятельности зависят от индивидуума или индивидуумов, с которыми оно находится...»

А! Это было очень интересно. Это было очень интересно, потому что я видела вот так (жест как будто прокручивается фильм), это менялось. Кто-то подходил ко мне: это менялось. Что-то с кем-то происходило: это менялось. Рядом со мной были P, V, доктор и иногда С, но С. на атмосферу сильно не влиял. Но трое других, особенно P. и V... Малыш, я не знаю, что с ними однажды случилось: они были сверхлюдьми. Однажды, когда, вероятно, казалось, что я была в опасности, я не знаю. Однажды, в течение всего дня образы (не «образы» - места, где я находилась), они были такими чудесно красивыми, гармоничными... Это было невыразимо, невыразимо. И когда в их сознании менялась малейшая вещь, всё начинало меняться! Это был своего рода бесконечный калейдоскоп, днём и ночью. Если бы был какой-нибудь способ это записать... это было уникально. Это было уникально. И тело было там, не так ли, почти пористое – пористое, без сопротивления, как будто это проходило сквозь него.

У меня были часы... самые чудесные, я думаю, самые чудесные, которые могут быть на земле.

Это было так выразительно и так откровенно! Так выразительно. Одна ночь в течение двух часов, эти храмы, о которых я говорю (они не физические), такие огромные, такие величественные... ЖИВЫЕ божества, малыш! Это не образы. И я знаю, что это. И состояние сознания Вечности, о!.. как будто над всеми обстоятельствами.

Были УНИКАЛЬНЫЕ вещи, но как их описать?.. Невозможно. Невозможно: недостаточно сознания, чтобы описать.

Продолжение записи:

«Местонахождение и поле его (тела) сознания, а также качество его деятельности меняются в зависимости от присутствий, в полном диапазоне, от самого материального до самого духовного, проходя через все виды интеллектуальной деятельности.

Но восприятие Присутствия постоянное и связано со всеми состояниями сознания, какими бы они не были...»

А, я заметила, что клетки вот так везде, всё время, всё время повторяли: Ом Намо Бхагавате, ОМ НАМО БХАГАВАТЕ... всё время, всё время.

«... и Ом Намо Бхагавате спонтанно и автоматически повторялось в каком-то туманном покое».

Поэтому, не так ли, нельзя сказать, что оно страдало, нельзя сказать, что оно болело, это невозможно! Это невозможно.

Есть только один момент, когда действительно что-то (я не знаю, что в теле), что-то сказало... (но я это не записала, потому что не хочу, чтобы это было сказано, это не должно быть сказано; я тебе это говорю просто для того, чтобы объяснить, но это не должно появиться, это не должно быть сказано, я не хочу...). Тело сказало (оно было в Единении), оно сказало: «Я готово к полному исчезновению. Я готово к вечной жизни. Но только не это, не это состояние полуразложения: нужно отсюда выбираться». И с этого момента началось восстановление.

Это значит, что оно на несколько минут утратило терпение. И тогда оно поняло, это глупое тело поняло, через несколько минут оно поняло: хорошо, оно просто отказалось принимать более тотальное переживание. У тела не было ни храбрости, ни стойкости, ни терпения, ни веры, необходимых для принятия более тотального переживания.

Представь себе, что вдруг, я не знаю... Должна сказать, что это не было приятным (!), было что-то, как злое внушение, которое пришло извне и мне сказало: «Если ты выздоровеешь, то когда умрёшь, тебе придётся это начать заново». (3). Это было отвратительно! Я думаю, что именно это стало причиной этого outburst (взрыва нетерпения).

Не нужно об этом говорить.

Я рассматриваю это как поражение.

Но должна сказать (очень скромно), что я не думаю, что есть много людей, которые бы это выдержали.

Вот так.

Теперь тело делает mea culpa (признаёт вину).

Посмотрим.

Вот так, малыш. (4)

(1) - 20 августа Россия вторглась в Чехословакию.

(2) - Пралая: конец мира, за которым следует новый мир или новая эра.

(3) - один ученик, который обычно является очень хорошим ясновидящим, однажды ночью услышал голос, чья вибрация, очевидно, была враждебной (голос, который, как он почувствовал, пришёл из очень близкого витального мира, почти материального), который ему заявил, что теперь Мать выберется из этого, но последняя битва вернётся в 1972.

(4) - существует запись этой беседы. Мы добавили к этой записи короткую беседу, которая состоялась два дня спустя, 30 августа.

Аудиозапись

При копировании ссылка обязательна https://supersoznanie.com