эволюционная трансформация человека

Главная » Файлы » Агенда Матери » Том 2

Том 2. 5 августа 1961
24.07.2017, 13:16

Мать даёт ученику цветы

 

Это «совершенство в работе» (флокс).

А это «Махалакшми» (белая кувшинка), Это значит успех.

 

А!

 

Ты не знал! Завтра, в воскресенье, я буду раздавать сари и ещё «гамчи» (полотенца). Вот так, малыш. У тебя есть вопросы?

 

Немного. Нужно уточнить детали. (1)

 

Дай мне веер, потому что комары невыносимы. Итак?

 

Во-первых, в «Беседах» ты говоришь о «перевороте сознания». Это синоним психической реализации? Потому что в одной из Бесед ты связываешь вместе переворот сознания и открытие психического существа. (2)

 

Это результат открытия. На самом деле, это результат объединения с психическим существом.

 

Другая деталь. Множество раз Шри Ауробиндо упоминает вокругсознательное «circumconscient» («environmental consciousness») и говорит, что через него происходят контакты с внешним миром. Это синоним «тонкого физического», тонкой оболочки? Что такое вокругсознательное?

 

Это окружающее сознание, не так ли.

Разве это не то, что по-французски называется «средой»?

 

Нет, среда, это не личное.

 

Он говорит как о чём-то личном?

 

Да, есть подсознательное, сознательное, сублиминальное, и есть вокругсозательное

 

О!

 

Наверное, мне нужно будет привести тебе отрывок, где он говорит об этом.

 

Да, потому что я не очень понимаю.

Тонкое физическое выходит за границы многих тел, не так ли. Потом идёт то, что Теон назвал «нервным субуровнем», то есть, посредник между тонким физическим и витальным. И этот посредник действует в качестве защиты: если он уравновешенный, гармоничный, сильный, то он вас защищает. Он вас даже физически защищает, например, от заразных болезней, или от несчастных случаев. Когда я жила на Валь-де-Грас, у меня был такой опыт. Это было в том году, когда я решила, что объединюсь с психическим существом, и я с утра до вечера и с вечера до утра была сосредоточена на этом. Каждый день я ходила в Люксембургский сад (он был совсем рядом), для этого мне нужно было пройти всю улицу Валь-де-Грас и перейти бульвар Сен-Мишель. А там трамваи, машины, омнибусы и всё такое. Я была сосредоточена на себе и, однажды, приблизительно на таком расстоянии от тела (немного больше вытянутой руки) я почувствовала толчок и самопроизвольно отпрыгнула назад, как раз достаточно для того, чтобы проехал трамвай. Я ничего не слышала. Я была поглощена собой, не так ли, и без этого я бы точно оказалась под трамваем, а с этим я вовремя отпрыгнула, и трамвай проехал. Тогда я поняла, что это что-то очень конкретное. Это очень конкретное, потому что я почувствовала толчок – не мысль об опасности, но материальный ТОЛЧОК.

Да, это правда, пока эта оболочка сильна и не повреждена, мы защищены. Но, если, например, мы слишком устали, беспокоимся, нервничаем, - это всё приводит к беспорядку в атмосфере - то образуется дыра, в которую может войти всё, что угодно.

Может быть, Шри Ауробиндо говорил об этом?

 

Но это не тонкое физическое?

 

Это то, что вокруг тонкого физического.

 

Сначала идёт тонкое физическое, а затем вокругсознательное?

 

Да, тонкое физическое видимо – оно видимо. Знаешь, когда очень жарко, то от жары появляются некие вибрации, это тонкое физическое. Это одна из форм тонкого физического.

Тонкое физическое, это здесь (Мать проводит рукой, едва касаясь кожи). Есть люди с сенситивным тонким физическим, к ним можно поднести руку, и они её сразу почувствуют. А другие даже не заметят! Это зависит от чувствительности тонкого физического. А это (вокругсознательное) находится вокруг, как оболочка. Это похоже на оболочку, и если в ней нет разрывов, то это отличная защита (3). И это не зависит ни от духовного, ни от интеллектуального рассудка, это зависит от гармонии с Природой и Жизнью, это некое равновесие в материальном существе. Когда эта оболочка крепкая то люди хорошо себя чувствуют, и у них всё получается. Это не интеллектуальный успех, но, когда они выполняют работу - она получается, когда они хотят кого-нибудь встретить – они его встречают. Такого рода вещи.

Должно быть, это вокругсознательное.

 

Мы общаемся с другими через эту оболочку?

 

Ах, да! Я так думаю. Малыш, когда мы находимся в толпе, прижаты один к другому, то из-за этой оболочки это становится невыносимым – она перемешивается, и это ужасно. Появляется ощущение удушливого вторжения, как будто мы находимся в чём-то, что мы не выбирали для того, чтобы оно было рядом с нами.

Это всё?

 

Другая деталь. Есть ли разница между сном и смертью? Или это одно и то же?

 

Смерть и сон? О, нет!

 

Это не одно и то же.

 

Нет… Ты задаёшь этот вопрос из-за Будды? (один или два дня назад я думала об этом, это вдруг пришло, и я подумала: «Странно, почему?») Я вспомнила, что перед тем как уйти из дворца, Будда прошёл по комнатам и увидел, что его жена и родители спят (4). Было такое ощущение, что они умерли. Это тогда он сказал о сне, похожем на смерть.

 

Это не похоже на смерть? … Когда мы спим, мы не находимся в теле, всё остальное уходит, как во время смерти, разве нет?

 

О, нет! Совсем не похоже, нет. Каталептическое состояние, да, похоже на смерть, за исключением остающейся связи – остаётся только одна связь, всё остальное уходит. Тело становится каталептическим, когда всё уходит. Другими словами, здесь остаётся самое материальное из витального.

 

Я хотел сказать, что места, куда мы уходим во время сна, это те же места, куда мы уходим во время смерти?

 

Нет-нет-нет. За очень редким исключением, во сне большую часть времени мы связаны со всем, что поднимается из подсознания: из рассудочного подсознания, из эмоционального подсознания, из материального подсознания. Это девяносто девять процентов снов, которые видят люди. Иногда ум уходит (обычно он уходит), но, в девяносто девяти с половиной процентов, мы об этом не помним. Когда он возвращается, мы не можем вспомнить, потому что связь не установлена.

Сейчас во сне нужно восстановить контакт с сознанием Сатчитананды. Но я не думаю, что хотя бы один человек из ста делает это! Они гораздо чаще входят в бессознательное, чем в Сатчитананду.

Нет двух одинаковых снов, Малыш! Со смертью так же, нет двух одинаковых смертей. Но, это разное, потому что… это разные СОСТОЯНИЯ. Состояния разные. Состояние, когда у нас есть тело, отличается от состояния, когда мы «умерли». После того, как врачи заявили о вашей «смерти», в течение семи дней вы находитесь в промежуточном состоянии; но состояние смерти как таковой, это совсем другое, потому что больше нет этой физической основы.

Однажды (со мной это случилось два раза, но со вторым разом я не уверена, потому что я была совсем одна), первый раз это было в Тлемсене, когда я была с Теоном. Моё тело было в каталептическом состоянии, а я находилась в состоянии осознанного транса…это особое каталептическое состояние, в том смысле, что моё тело разговаривало: я могла говорить (очень медленно, но я говорила, меня этому научил Теон).

Так получилось, потому что всегда остаётся жизнь формы, и этой «жизни формы» требуется семь дней для того, чтобы уйти. Если ею заниматься, то она даже способна заставить двигаться тело. Это значит, что сущности там уже нет, но жизнь формы способна заставить двигаться тело (во всяком случае, способна заставить произносить слова). По какой-то причине (я уже не помню, по какой, но, очевидно, что это было упущение Теона, потому что он находился там для того, чтобы наблюдать), нить (я не знаю, как это назвать), связь была разорвана дурной волей (5). И когда я захотела вернуться, когда настало время вернуться, я не могла возвратиться. Но, я смогла предупредить Теона, я его предупредила, я сказала: «Нить оборвана». Тогда, для того, чтобы меня вернуть, он воспользовался своей силой и знаниями - это были не шутки! Это было очень трудно (6). Тогда я получила опыт двух разных состояний, потому что та часть, что вышла, ушла без поддержки тела, связь была оборвана. Я узнала это. Конечно, я находилась в особом состоянии, так как выполняла работу в полном сознании, со всей витальной силой, и могла управлять не только своим окружением, но и… Это был некий переворот сознания, не так ли – мы начинаем принадлежать другому миру. И мы это очень хорошо чувствуем. Теон сразу попросил меня сосредоточиться (мне было интересно, – Мать смеётся – не так ли, я как раз проводила опыты и готовилась отправиться на прогулку, но он очень испугался, что может упустить меня). Он умолял меня сосредоточиться, тогда я сосредоточилась на своём теле.

Но когда я вернулась, было ужасно больно. Ужасно больно. Ужасная острая боль, как будто возвращаешься в ад.

 

В…?

 

В ад (Мать смеётся).

Это было ужасно. Это не могло продолжаться.

Он заставил меня выпить полстакана коньяка (потом он мне его давал каждый день, потому что я больше часа работала в трансе, что обычно запрещено). Но, я совершенно уверена, что если бы это были не я и не он, то это был бы конец, я бы не вернулась.

Поэтому я немножко знаю, даже в моём внешнем сознании. Немножко, но это всё, что я знаю.

Нет, это другое. Это другое. Сон, это, скорее, возвращение в Бессознательное – это, скорее, некое вторжение тамаса.

Конечно, в глубине Бессознательного находится божественное Сознание, мы всё это знаем, но, очевидно, что это нисхождение (есть люди, которые почти полностью погружаются в Бессознательное, и они выходят из сна гораздо более отупевшими, нежели когда они засыпали). Но, по каким-то причинам, возможно, из-за необходимости работать, у меня никогда не было полностью бессознательного сна.

Было другое (смеясь), будучи ещё ребёнком, совсем юной, я вдруг прямо посередине какого-нибудь действия, или фразы, или чего угодно, впадала в транс. И никто не знал, что это было, все думали, что я засыпала! Но, я оставалась в сознании. Прямо посередине слова, или с поднятой рукой, и пффф… больше ничего (Мать смеётся), внешне больше ничего, внутренне я переживала достаточно острый, интересный опыт. Это случалось, даже когда я была совсем маленькой.

Я помню, что когда мне было лет десять – двенадцать, мои родители давали обед для двенадцати человек, всем было немного за тридцать (это были члены семьи, но, тем не менее, это же был «обед», поэтому были некие правила, короче, нужно было вести себя правильно). Я сидела в конце стола вместе с моим двоюродным братом, который позже на некоторое время стал директором Лувра (артистический ум, достаточно способный мальчик). В общем, мы сидели там, а я воспринимала что-то из его атмосферы, которая была достаточно интересной (заметь, что я ничего не знала, если бы мне рассказали об «ауре» и обо всём этом… Ничего, я ничего не знала об оккультных вещах, но способности у меня уже были). Я воспринимала из его атмосферы некое ощущение, и потом, как раз когда я подносила вилку ко рту, я улетела! Я спохватилась. А мне сказали, что если я не умею вести себя должным образом, то я не должна садиться за стол! (Мать долго смеётся)

Это в то время я каждую ночь выходила из тела и выполняла работу, которую упомянула в «Молитвах и Медитациях» (я сказала одно слово мимолётом (7)). Но, каждую ночь, когда весь дом спал, в одно и то же время я выходила из тела и получала самые разные переживания. Постепенно моё тело превратилось в сомнамбулу (то есть, связь была надёжно установлена, а сознание формы становилось всё более сознательным). И у меня появилась привычка вставать, но не так, как это делают обычные лунатики – я вставала, открывала письменный стол, брала бумагу и писала стихи, я, которая не имела ничего общего с поэзией! Да, я писала стихи! Я всё записывала, а потом, очень осознанно, всё клала обратно в ящик, аккуратно закрывала и ложилась в кровать. Однажды, по какой-то причине, я оставила стол открытым. Пришла моя мать (это она меня будила; так как во Франции окна закрывают плотными шторами, то она приходила утром и резко, без предупреждения, раздвигала шторы и будила меня; но я уже привыкла и была готова проснуться, иначе бы это не было очень приятным). В общем, она пришла и с непререкаемым авторитетом стала меня будить. Потом она заметила, что письменный стол открыт, и на нём лежит бумага: «Что это такое!» Она взяла бумагу: «Что ты тут делаешь?» Я не помню, что я ответила, но она пошла к доктору: «Моя дочка стала лунатиком, ей нужно прописать лекарство».

Это было не очень любезно.

Я помню, как однажды… она меня очень часто ругала (но, это было очень хорошо, это очень хороший урок!), она меня очень-очень часто ругала за вещи, которые я не совершала! Однажды, она меня поймала за то, что я совершила, но она не поняла (не поняла, что я сделала наилучшее по моему сознанию), она меня упрекала в действии, которое нельзя было делать (я кому-то что-то дала, не спросив у неё разрешения). Сначала я напряглась и сказала: «Я этого не делала». Она начала говорить, что я лгу. Тогда, ничего не ответив, я вдруг посмотрела на неё и почувствовала… я почувствовала всю человеческую беспомощность и всю человеческую ложь, и потом у меня беззвучно потекли слёзы. Она мне сказала: «Что? Теперь ты начинаешь плакать!» Я была немного fed up (раздражённой) и вдруг ответила: «О! Я не о себе плачу, но о беспомощности мира». – «Ты с ума сошла!»

Она действительно подумала, что я схожу с ума!

Это очень забавно.

Любопытно… я говорю «любопытно», потому что благодаря ей я родилась в этом теле, благодаря ей оно было выбрано. Когда она была совсем молодой, у неё было сильное стремление (она старше меня ровно на двадцать лет: когда я родилась, ей было двадцать лет; я была третьим ребёнком, первым был сын, умерший в Турции, кажется, в двух месячном возрасте – ему сделали прививку от оспы и отравили (смеясь). Бог знает, что это было! Он умер в конвульсиях. Потом, в Египте, в Александрии родился мой брат, а потом в Париже родилась я). Ей было ровно двадцать лет. Тогда, особенно после смерти первого ребёнка, в ней родилось СИЛЬНОЕ стремление: нужно было, чтобы её дети были «лучшими в мире». Это не было амбицией (я не знаю, что это было). У неё была воля! У моей матери была огромная воля, как совершенно не подверженный внешнему влиянию стальной прут. Если она решила, то решила, даже если бы кто-нибудь умирал, она бы не пошевелилась! Она так решила: «Мои дети будут лучшими в мире».

Есть один момент, у неё было ощущение развития, она чувствовала, что мир развивается, и нужно, чтобы мы были лучше, чем всё, что было раньше. Этого было достаточно.

Этого было достаточно, это любопытно.

Я тебе не рассказывала, что случилось с моим братом? Нет?... Мой брат был ужасно серьёзным мальчиком и ужасно прилежным – о! Это было ужасно! Но, в общем, тоже очень сильный характер, сильная воля. И он был интересным, в нём было что-то интересное (когда он готовился в Политехнический, я занималась вместе с ним, мне это было интересно). Мы были очень близки (между нами была разница всего восемнадцать месяцев). Он был очень вспыльчивый, но с такой необычайной силой характера, что, после того как он чуть было меня три раза не убил, а на третий раз мать сказала «В следующий раз ты её убьёшь», он решил, что такого больше не случится, и это больше не повторилось. Но, я хотела рассказать как, однажды, в восемнадцать лет, как раз перед поступлением в Высшую Политехническую школу, он переходил на другую сторону Сены (по моему, это было на мосту Искусств), как вдруг что-то … он почувствовал, что в него что-то вошло и настолько сильно его обездвижило, что он был парализован. И он услышал не голос, но это было внутри него: «Если хочешь, ты можешь стать богом» (так это перевелось в его сознании). Он мне сказал, что его целиком захватила и парализовала огромная лучезарная сила: «Если хочешь, ты можешь стать богом». И тогда, о! В сам момент переживания он ответил: «Нет, я хочу служить человечеству». И всё ушло. Естественно, он воздержался от того, чтобы рассказать это моей матери, но мы были достаточно близки, и мне он рассказал. А я ему сказала: «Ну, что ж (смеясь), ты идиот!». Вот.

Таким образом, в тот момент он мог духовно реализоваться, у него были задатки.

Немного позже (спустя несколько лет, через три года), у меня был тот опыт, о котором я тебе рассказывала: в меня вошёл Свет. Я физически видела, как он входит в меня. Очевидно, что это было нисхождение какого-то Существа с какого-то плана, а не прошлое воплощение. Это был золотистый свет, воплощение божественного сознания. Это подтверждает, что для своих двух детей она добилась того, чего хотела.

Но, то, что она смогла…

Она преклонялась перед моим братом.

Моя мать презирала все религиозные чувства, как слабость и суеверие, не так ли, она полностью отрицала невидимое. Она говорила: «Это всё заболевания головного мозга» (!) Но, она часто повторяла: «О, мой Маттео! (я, чёрт побери, не знаю, почему она в Александрии назвала его итальянским именем Маттео) О, мой Маттео, это мой Бог!». И она, на самом деле, относилась к нему, как к богу. Она отпустила его, только когда он женился, потому что больше не могла продолжать стоять у него за спиной!

Но, вот, что интересно, когда умер её отец (отец моей матери), она это узнала: она это увидела. Она решила, что это сон, «глупый сон», не так ли. Но, он пришёл предупредить её и сказать, что он умер, и она его видела. Она сказала: «Это ерунда, это просто сон!» (Мать смеётся)

Когда умерла моя бабушка… моя бабушка обладала оккультным чувством. Она сама сделала своё состояние (достаточно значительное состояние), и у неё было пятеро детей, один расточительнее другого. Она мне говорила (я была для неё единственным разумным человеком в семье, и она со мной секретничала), она говорила: «Ты видишь этих людей, они промотают все мои деньги!» У неё был шестидесятилетний сын (она очень рано вышла замуж и родила его очень рано, она вышла замуж в Египте в пятнадцать лет, а её сыну было шестьдесят лет), и она говорила: «Ты видишь этого мальчика (!), он ходит к невозможным людям! Там он играет в карты и проигрывает все мои деньги». Я видела этого «мальчика». Я была в доме, когда это произошло, он очень вежливо пришёл и сказал ей: «До свидания, мама, я ухожу, я иду к такому-то» - «А! Только, пожалуйста, не промотай все мои деньги и надень пальто, ночью на улице холодно». В шестьдесят лет! Это было очень смешно… Но, если вернуться к нашей истории, то, когда моя бабушка умерла, она приходила ко мне (я много заботилась о ней), она приходила к моей матери (моя мать была с ней, когда она умирала, мы её забальзамировали, потому что она хотела, чтобы её сожгли, она вбила себе это в голову; а так как она умерла в Ницце, то, чтобы её кремировать в Париже, её пришлось забальзамировать). Я была в Париже. Моя мать приехала с ней и говорит: «Представь себе, я её всё время вижу! И она мне всё время даёт советы, говорит, чтобы я не растрачивала деньги». Я ответила: «Она права, нужно быть внимательной» - «Но, в конце концов, она же УМЕРЛА! Как она может разговаривать со мной! Я же говорю тебе, что она умерла, по-настоящему умерла!» Я ей ответила: «Что значит умереть?»

Это было очень забавно.

Была ещё одна причина… У моего отца было отличное здоровье, и он был сильным! Равновесие! Он был не очень большим, но коренастым. Он получил образование в Австрии (тогда в Австрии много говорили по-французски, но он знал немецкий, английский, итальянский, турецкий) и удивительным образом научился там ездить на лошади: он был настолько сильным, что заставлял лошадь согнуть ноги, сжимая колени. Ударом кулака он ломал всё что угодно, монету в сто су (большие серебряные монеты, которые ходили раньше), один удар, и монета ломалась надвое. Интересно, что он был похож на русского. Я не знаю, почему. Его звали Барин. Равновесие! Удивительное физическое равновесие! Этот человек знал не только все эти языки, но и с точки зрения математики, я никогда не встречала подобных мозгов, никогда! Он считал, играя, без малейшего усилия – счёт с сотнями цифр. Он любил птиц! В нашей квартире у него была своя комната (потому что мать не могла его долго выносить), у него была своя отдельная комната, а в ней была большая клетка с канарейками!

Весь день он держал там окно закрытым и выпускал канареек свободно полетать.

И он рассказывал такие истории! Мне кажется, он прочитал все возможные романы с продолжением, все приключенческие рассказы (он любил приключения). Когда мы были детьми, мы рано утром приходили к нему в комнату (он ещё сидел на кровати), и он нам рассказывал истории. Он рассказывал истории из книг, которые прочитал, и, вместо того, чтобы сказать, что это были прочитанные им книги, он их рассказывал так, как будто это были его собственные истории! С ним происходили удивительные приключения, с разбойниками, с дикими животными – все истории, которые он собрал, он рассказывал как свои. Мы замечательно развлекались! Однажды мой брат его ослушался (я думаю, моему брату было лет десять-двенадцать, а мне должно было быть девять или десять лет), я вошла в гостиную и увидела сидящего на софе отца с братом на коленях: он ему снял штаны и шлёпал по попе. Это было не очень серьёзно (я не знаю, что натворил мой брат), но я вошла, выпрямилась во весь рост и сказала: «Папа, если ты когда-нибудь будешь так делать, я уйду из дома». Малыш, я это сказала с таким авторитетом! Он прекратил и больше так не делал.

Очень забавные истории. (8)

Ну вот, мне кажется, я много всего тебе рассказала. Сколько же я болтала! Ты всё время заставляешь меня болтать!

 

(1) – для книги о Шри Ауробиндо.

(2) – психическое существо – душа, в соотвествии с терминологией Шри Ауробиндо.

(3) – в итоге, мы не знаем, является ли эта оболочка вокругсознательным.

(4) – для него это было одно и то же, но Шри Ауробиндо говорит так: «Когда мы пересекаем барьер, первое, что мы видим, это физико-витальное тело. Оно находится вокруг физического тела и образует с ним то, что можно назвать «нервной оболочкой». Чтобы достичь тела, болезнетворные силы должны её преодолеть, за исключением чисто материальных атак. Приход болезни можно почувствовать ещё в нервной оболочке той части тела, которую болезнь хочет атаковать, потому что у нервной оболочки есть телесный двойник. Поэтому, сначала атаке подвергается физико-витальная оболочка, а затем болезнь развивается в организме. У меня у самого был опыт переживания жара вокруг тела» (А.Б. Пурани «Вечерние беседы со Шри Ауробиндо», том 1)

(5) – на самом деле, дурная воля Теона.

(6) – ученик вспомнил, как несколько лет тому назад Мать ему рассказала, как это произошло во время её работы в трансе. Мать нашла место, где находилась «мантра жизни», то есть, мантра, которая может жизнь создать (и забрать тоже). Так как Теон был воплощением Асура Смерти, то, естественно, он очень заинтересовался и попросил Мать повторить эту мантру. Мать отказалась. Тогда Теон сильно разгневался, и нить оборвалась (нить, которая связывала Мать с её телом). Когда он заметил, какая катастрофа случилась из-за его гнева, то он сильно испугался (потому что он знал, кто такая Мать). И тут, как рассказывает Мать, он использовал всю свою силу, чтобы помочь ей вернуться. Позже Мать сказала эту мантру Шри Ауробиндо… который мудро предал её забвению. Потому что тайна жизни (или смерти) должна управляться не мантрой, но знанием настоящей Силы, то есть, знанием Материи и механизма смерти. Это йога клеток Шри Ауробиндо и Матери.

(7) – 22 февраля 1914.

(8) – существует аудиозапись этой беседы.

 

Аудиозапись

 

При копировании ссылка обязательна: http://supersoznanie.com/

Категория: Том 2 | Добавил: Irik
Просмотров: 504 | Загрузок: 0
Всего комментариев: 0