эволюционная трансформация человека

Главная » Файлы » Агенда Матери » Том 2

Том 2. 12 апреля 1961
03.04.2017, 17:30

(Ученик просит разрешения отравить некоторых кошек, которые мешают ему по ночам. Вот, что ответила Мать)

 

У меня был кот, обладавший почти сознанием ребёнка, и его отравили. В тот день, когда он пришёл вот такой, отравленный, умирающий, я прокляла всех людей, которые отравляют кошек. Это серьёзно. Поэтому не нужно этого делать. Это было настоящее проклятие (это было с Шри Ауробиндо, поэтому серьёзно), не делай этого.

Но, есть средство…

Знаешь, у меня с кошками заключён договор, с королём кошек – это было давным-давно. Это было необыкновенно ( это произошло в Тлемсене, на оккультном плане), необыкновенно!...

По ряду причин король кошек дал мне власть над этими животными – это правда.

Мне их только нужно увидеть.

Попробуем. (1)

 

(тишина)

 

Что представляют эти животные в земном проявлении, они такие странные…

Кошки, это витальные силы. Это воплощение витальных сил. Король кошек, то есть, дух вида – существо витального мира.

Например, кошки очень легко могут воплотить в себе витальную силу какого-нибудь умершего. У меня было два таких совершенно удивительных опыта.

Первый был с юношей санскритогогом, который хотел поехать с нами в Индию. Это был сын французского посла из старой благородной семьи. У него были больные лёгкие. Когда ему сказали, что он болен, как раз перед войной 14-го года он завербовался в армию (он был офицером). Он был храбрым, как люди, которые больше не держатся за жизнь. Когда ему отдали приказ выйти из окопа и наступать на вражеские позиции (это было ужасно глупо, людей просто отправили на бойню!), он пошёл без колебаний. Его убили между двумя линиями окопов. Длительное время это была недоступная зона. Подобрать убитых смогли только через несколько дней, когда взяли тот окоп. Всё это стало известно ПОТОМ, из газет. Но, в тот день, когда его убили, никто ничего не знал.

У меня была его фотография, подписанная на санскрите (красивая фотография), я её поставила на сундук, который стоял в моей спальне. Я открыла дверь, и… фотография упала (я не создала сквозняк, не так ли). Она упала, и стекло разбилось на тысячу осколков. Я тут же подумала: «Надо же, с Фонтенэ что-то случилось (это его фамилия, он был «Фонтенэ», Шарль де Фонтенэ). Потом я вернулась в свою комнату и услышала мяуканье за дверю (дверь вела в сад, в большой двор-сад (2)). Я открыла дверь, в комнату ворвался кот и прыгнул на меня, вот так (Мать стучит себя в грудь) Я его спросила: «Что случилось, что случилось?» Он спрыгнул на пол и посмотрел на меня – это были глаза Фонтенэ! ТОЧНО его глаза, ничьи другие. Он вцепился в меня и не хотел уходить. Я подумала: «Фонтенэ умер».

Известие об этом пришло только через восемь дней. Газеты назвали число, когда они вышли из окопов и были убиты – это был тот самый день.

(тишина)

Другая история произошла ещё раньше. Я жила в другом доме, только на одном этаже, на пятом. И раз в неделю я там собирала людей, занимавшихся оккультизмом и приходивших ко мне для того, чтобы я им что-нибудь показала или рассказала. Там был артист из Швеции, французская дама и… французский юноша, который был студентом и поэтом. Его родители были честными крестьянами, еле сводившими концы с концами, чтобы оплатить его жизнь в Париже. Это был умный мальчик и настоящий артист, но он был порочным (мы знали, что он порочный, но нас это не заботило, это было не наше дело, это его частная жизнь). В тот вечер, когда мы должны были собраться (нас должно было быть четверо или пятеро), мальчик не пришёл. Он сказал, что придёт, но не пришёл. Собрание состоялось, а о нём мы не думали – мы думали, что он где-то занят. Около полуночи, когда люди расходились, я открыла дверь, а там, перед дверью, сидел большой чёрный кот, одним прыжком он запрыгнул на меня. Я его успокоила, посмотрела – ах! Глаза… (я уже не помню, как звали того мальчика) «Ах! Глаза такого-то» Тогда тотчас (мы тогда занимались оккультизмом) мы решили, что что-то случилось, он не смог прийти, а этот кот воплотил в себе его витальную силу.

На следующий день все газеты говорили о гнусном убийстве: этого мальчика убил сутенёр – отвратительно! Что-то совершенно отвратительное. Это случилось точно тогда, когда он должен был прийти: консьерж видел, как он входил вместе с сутенёром в дом. Что произошло? Было ли это просто из-за денег, или из-за порока? Или ещё по другой причине?

В обоих случаях воплощение было настолько (как сказать?) сильным, что изменились глаза: кошачьи глаза стали точно глазами умершего человека, ошибиться было невозможно. И их прислали ко мне. В обоих случаях был одинаковый прыжок, одинаковый… кошачий крик – ты знаешь, как они это делают.

У меня были такие кошки… У меня была кошка, бывшая воплощением ментального тела русской женщины. Эта женщина (однажды у меня было видение, это было так странно…), эту женщину убили, она была русской, и её там убили во время революции. У неё было два маленьких ребёнка, которых тоже убили. А потом её ментальное тело вошло здесь в кошку (я не знаю, каким образом). Но, эта кошка, малыш (она пришла ко мне совсем юной), она приходила спать (я спала на полу, на японском татами) и укладывалась в длину, вот так, как человек, клала голову на мою руку. Она лежала спокойно – не шевелилась! Всю ночь. Я была очень удивлена. Потом у неё появились малыши, и она хотела рожать, вытянувшись в длину, не как кошка. Очень трудно было ей объяснить, что это не могло произойти вот так! А когда её малыши родились, однажды ночью я её увидела… Я увидела молодую женщину в мехах, в меховой шапке, была видна маленькая человеческая фигура. У неё было двое малышей, она пришла ко мне и положила их к моим ногам. В её сознании была вся её история: как её убили вместе с детьми. И я заметила, что это была та кошка!

Кошка не хотела покидать своих малышей, она не хотела! Ни за что! Она не ела, не выходила по нужде, она оставалась тут. Тогда я ей сказала: «Принеси мне твоих малышей» (кошки очень хорошо понимают, когда с ними разговаривают, когда умеют заботиться о них). Тогда она посмотрела на меня, пошла, принесла одного малыша и положила у меня между ног, потом принесла второго и тоже положила между ног (не рядом, между ног). Я ей сказала: «Теперь ты можешь выйти». И она вышла.

У меня ещё был другой кот, его звали Кики. Он был чудесного окраса! Похожий на велюр. Мы медитировали, а он приходил, садился на стул и входил в транс. Во время транса он совершал резкие движения. Мне приходилось его будить, иначе он не просыпался!

Этого укусил скорпион – он был очень не осторожен, играл со скорпионами. Однажды я его спасла. На веранде был вот такой большой скорпион, и я пришла как раз в тот момент, когда этот юноша с ним играл. Я поймала кота, посадила себе на плечо и убила скорпиона. Но, в другой раз меня рядом не было, и его укусили. Он пришёл полуживой. Я видела, что его укусил скорпион, были особые признаки. Я положила его на стол и позвала Шри Ауробиндо. Я ему сказала: «Кики укусил скорпион» (он умирал, не так ли, был почти в коме). Шри Ауробиндо взял стул, сел напротив стола и принялся смотреть на Кики. Это продолжалось, приблизительно, двадцать или двадцать пять минут. Тогда, вдруг, кот полностью расслабился, а затем… уснул. Когда он проснулся, то был совершенно здоров.

Шри Ауробиндо не дотрагивался до него, ничего не делал – просто смотрел.

У меня был ещё один, его звали Биг Бой (Big Boy). О! Это был красавец! Огромный! У него был хвост, как шлейф. Он был красивый! Было много разных бродячих кошек (включая большого, чрезвычайно злого кота, который нам не принадлежал). Когда наш кот был маленький, я очень за него боялась и приучила его проводить ночи в доме (это трудно для кота). Я запретила ему уходить. Все ночи он проводил внутри, а утром, когда я вставала, он вставал, приходил и садился напротив меня. Тогда я ему говорила: «Да, Биг Бой, ты можешь идти». Он прыгал на окно и уходил, но никогда ранее, никогда. Его то и отравили.

Потому что потом он бродил: он стал ужасно сильным и бродил везде. В то время я жила там, в библиотечном доме. А он доходил сюда, до этой улицы (Ашрам ещё не был наш, дом принадлежал разным людям). Но, когда я выходила на террасу напротив кухни Чампаклала и звала его: «Биг Бой, Биг Бой!» (он не мог слышать), он чувствовал это и прибегал. Он всегда возвращался, никогда не пропускал. Однажды он не пришёл. Тогда я стала беспокоиться, слуга пошёл его искать и нашёл хрипящего, с рвотой, умирающего. Он принёс его мне. О! Это было… Он был такой славный! Он не был ни вором, ни чем-то таким, не так ли, это был чудесный кот. Яд положили для бог знает, какого кота, а он его съел. Я рассказала это Шри Ауробиндо, показала ему кота: «Его убили».

А до этого я потеряла ещё одного кота (у него был кошачий тиф). Его звали Броуни (Browny). Какой он был красивый, какой умный! Это был чудесный кот! даже когда он был совсем больной, он не хотел гадить. Ходил только в уголке, который я специально приготовила: он звал меня, чтобы я его отнесла в его коробку. Он звал меня, о! таким тихим, таким жалобным голосом (3). Он был такой милый, в нём было что-то более нежное, чем в ребёнке, более доверительное. Более доверительное, у животных есть доверие, которого нет у человеческих существ (у детей уже слишком много вопрошающего ума). А здесь был некий культ, обожание, как только я брала его на руки – если бы он мог улыбаться, он бы улыбался. У меня на руках он становился блаженным.

Он тоже был красивым, такого цвета! Золотисто-коричневый. я никогда не видела таких котов. Он похоронен здесь, под деревом, которое я назвала «служба», я его сама положила под корни. Там было манговое дерево, оно зачахло, потому что было старым, его заменили на маленькое огненное дерево с жёлтыми цветами.

Животные милы, когда с ними умеют обращаться.

А эта кошка… Когда я переехала сюда, в Ашрам, я сказала: «Мы не можем привести кошек в этот дом, это совершенно невозможно», и я её оставила (это было после смерти Биг Боя, нам было достаточно кошек). Я раздала всех, кто у меня был. Но первая, мать всего потомства, была старой и не хотела уходить. Она осталась в одном из домов на территории Ашрама. И однажды (она была очень старая, не так ли, и уже не двигалась), однажды я увидела, как она приплелась и села на ту террасу, на другой стороне (сейчас её не видно, дерево «службы» всё загородило, но тогда её было очень хорошо видно). Она пришла туда, села и оставалась там… пока не умерла. Она умерла спокойно, не двигаясь, глядя на меня.

Все эти кошачьи истории!... Если бы были фотографии всех кошек, то можно было бы сделать красивый альбомчик кошачьих историй.

И удивительные, удивительные подробности, доказывающие способность мыслить, о!... Эта женщина, я хочу сказать, эта кошка, которая была женщиной, если бы ты знал, как она учила своих детей, о! Терпеливо, разумно, с пониманием! Это было необыкновенно. Можно долго-долго рассказывать, как она их учила не бояться, ходить по краю стены, прыгать со стены на окно. Она им показывала, она их подбадривала и, в конце концов, после того как она им много раз показала и подбодрила (были такие, кто прыгал, а другие боялись), она их отправляла одним ударом! Тогда, конечно, они сразу прыгали.

А как она их учила кушать… эта малышка не ела, пока они всё не съедали, никогда. Она им показывала, она давала каждому то, что нужно. А потом, когда они вырастали, и ей не надо было ими заниматься, они продолжали приходить к ней. Она их отправляла: «Уходи! Это больше не твоё, иди и живи!». Она занималась новыми детьми.

Однажды, одна из её малышек заболела. Она была красивая, серая, светло-серая, как её шерсть, с очень нежной шёрсткой. Словом, очень красивая. Она подхватила кошачью болезнь и лежала там. И мать учила всех малышей не подходить к ней: она их заставляла идти в обход, как если бы знала, что можно заразиться. И можно было наблюдать (больная кошка лежала у них на пути), как они делали большой круг и никогда не приближались.

Эти кошачьи истории продолжались годы и годы…

Но, это не правда, что они не слушаются! Это потому что с ними не умеют обращаться. Кошки чрезвычайно чувствительны к витальной силе, к витальному могуществу, и их можно сделать абсолютно послушными. И преданными! Говорят, что кошки ни преданные, ни привязанные, ни верные – это не правда, совсем не правда. С ними можно иметь очень дружеские отношения.

И невероятное дело! Эта кошка была очень красивая, но у неё был невзрачный хвост, как у обычной кошки (!), и однажды, когда мы с ней смотрели в окно, в сад пришла соседская трёхцветная ангорская кошка (эти три цвета были очень выражены) с хвостом-шлейфом. Тогда я сказала (моя кошка была рядом со мной): «О! Посмотри, какая она красивая! Какой у неё красивый хвост, ты видишь, какая она красивая!» Я видела, что она смотрит. Малыш, в следующем помёте был такой котёнок! Как она это сделала? Я не знаю. Три выраженных цвета и замечательный хвост! Может быть, она нашла ангорского кота? Или это просто потому, что она сильно хотела?

Ты не можешь представить, какие они замечательные! Однажды, незадолго до окота, она была очень тяжёлой. Она шла по подоконнику и… что случилось? – я не знаю. Она упала. Должно быть, это причинило ей вред, малыши появились не сразу, они появились после, но трое были деформированы (всего было шесть). А что она, она просто села на них! Когда она их таких увидела, она на них села, она их сразу убила, как только они родились. Невероятная мудрость, не так ли! (они были полностью деформированы, задние лапы были вывернуты, у них была бы невозможная жизнь).

И она могла своих малышей сосчитать, она очень хорошо знала, сколько их у неё. Я ей только говорила: «Ты оставишь только двух или трёх» (первый раз это было совершенно невозможно, пришлось ей оставить всех, впрочем, их было только трое, это уже слишком много), но потом приходилось её ругать. Я не крала у неё котят, я с ней разговаривала, убеждала, я ей говорила: «Это слишком, ты заболеешь, ты оставишь только вот этих, видишь, вот этих двух, они такие милые, ты будешь о них заботиться».

О! замечательные кошачьи истории. Это был целый период… сколько лет – много лет.

Заметь, я никогда не думала, но когда я приехала в дом, у них были кошки, две кошки, которые, впрочем, не были очень интересными, но это были родители той кошки (мальчики, жившие с Шри Ауробиндо, уже имели небольшой опыт и много всего знали о кошках). Отсюда произошли все кошки, которые были у меня. Но, люди (ты знаешь, насколько они наивны), они решили, что у меня особая привязанность к кошкам! И, естественно, все стали заводить кошек! Напрасно я им говорила: «Нет, это такое исследование (я хотела увидеть, узнать некоторые вещи, и я узнала то, что было нужно), теперь, когда я переехала, оно закончилось, старые друзья ушли, осталось только молодое поколение». Я их раздала и сказала: «Достаточно». Но, людям трудно что-либо объяснить – некоторые имеют по двадцать пять кошек! Они не благоразумны! С кошками нужно не так обращаться, о них нужно заботиться так, как я заботилась, тогда это становится интересным.

Был один кот, я знаю, я ВИДЕЛА, когда он умер, то появился эмбрион психического существа, готовый к человеческому воплощению – я ускорила их развитие.

Вот так, малыш. (4)

 

(1) – запись начала больше не существует.

(2) – улица Валь де Грас в Париже.

(3) эта фраза была добавлена Матерью позже.

(4) – существует аудио запись этой беседы.

 

Аудиозапись

 

При копировании ссылка обязательна: http://supersoznanie.com

Категория: Том 2 | Добавил: Irik
Просмотров: 509 | Загрузок: 0
Всего комментариев: 0